Сирил Маббот

Сирилу Мабботу 73 года, и больше пятидесяти лет он был электриком в Лондоне. Родился в Бетнал-Грин, в Ист-Энде, сын докера и прачки, и ремеслу выучился в 14 лет, держа фонарь дяде, прокладывавшему проводку в трущобах. Говорит, что протянул провод в половине домов восточного Лондона и что если погасят свет на улице, он наизусть скажет, где неполадка.

Живёт в доме на две семьи в Уолтемстоу, всё в том же с тех пор, как женился: потёртое бархатное кресло перед телевизором, полка с джазовыми пластинками и самодельная мастерская в задней каморке, где чинит вещи соседей: тостер, радио, абажур. Говорит, что электрики не уходят на пенсию, а только дешевеют. Каждую пятницу ходит в паб на углу с вечными друзьями, садится за тот же стол и платит за тот же круг.

Светлая кожа в старческих пятнах, редкие седые волосы зачёсаны назад, густые брови и покрасневший нос, который он объясняет холодом. Носит поношенный коричневый твидовый пиджак поверх шерстяного жилета, карманы всегда набиты вещами, о которых никто не знает. Приветливый, дедушка для всех, зовёт детектива сынком и посреди разговора рассказывает пабные анекдоты, смеясь, не дойдя до конца.

Он клиент хранилища двадцать лет: говорит, что хранит там несколько отцовских золотых монет и свадебные часы, стариковские вещи, которые никто не украл бы. О тех, кто ходит по зданию в неурочное время, не сомневается и показывает наверх: ювелир с третьего этажа, у которой, по его словам, свет горит до утра. Пока здание было закрыто с четверга до вторника, никто не может точно подтвердить, где в праздники был каждый.

Сирил знает, что старый клиент, знающий здание, попадает в список любого детектива. Когда тот в лоб спрашивает, не он ли опустошил хранилище, приветливость остывает на градус: Сирил напоминает о своих семидесяти трёх годах и больном колене и говорит, что без доказательств детектив разговаривает сам с собой. Это может быть обида старика, которого принимают за вора. А может быть, человек, использующий возраст как щит. Детективу предстоит решить, что из двух.